Литературно-художественный портал
chitalnya
       
Забыли пароль?

Отрывок из романа "ПО КРАЮ"

[ЭЛ]   Версия для печати    

55-девяностые годыЭрих Лаутен


ОТРЫВОК ИЗ РОМАНА "ПО КРАЮ"

...На следующий день утром я проснулся рано. Накинув халат вышел на балкон. Будить Катю не стал.
-Пускай ещё поспит,-оболокотившись о перила балкона и чувствуя как прохладный, утренний воздух пробирается под халат, думал я. О том что произошло этой ночью я не жалел. Катя, действительно, нравилась мне. Мало того, мне даже казалось что во мне проснулось такое чудесное чувство как любовь.


Наш квартал потихоньку просыпался, а я всё стоял на балконе и думал о себе, о Кате и прошедшей ночи.
-Странно. Неужели я ещё могу кого то полюбить. Ведь по сравнению с ней я старик и жизнь воспринимаю иначе чем она. В этом отношении мы с ней совершенно разные люди. Интересно как бы она себя повела если бы знала с кем её свела судьба? Наверняка содрогнулась бы от омерзения и страха? Хотя зачем все эти вопросы? Пока что и ей, и мне хорошо, а это главное. Как же сложатся наши дальнейшие отношения?- поёживаясь от утренней прохлады, думал я.


В это время с верхушек деревьев, обступающих сквер посередине домов, в небо поднялась стайка ворон. Поднявшись над домами эта стайка "коренных москвичей" подняла такой невообразимый гвалт, что сразу стало понятно кто в этом городе истинный хозяин. Постояв так ещё немного и понаблюдав, за кружащим над сквером пернатым племенем, я потихоньку, чтобы не разбудить Катю, закрыл дверь балкона и пройдя на цыпочках в ванную встал под тёплый душ. После душа, точно также на цыпочках, пробрался в кухню. На кухне приятно пахло кофе и ромом, открытая бутылка которого так и осталась на столе.


Убрав ром в холодильник и сполоснув в раковине чашки я присел на стул и опять задумался.
-Что же теперь будет дальше? Может всё-таки хватит и одной ночи. Я понимал что такая большая разница в моём с ней возрасте ни к чему хорошему привести не может. Она слишком молода для меня,-думал я.-Рано или поздно её потянет к своим сверстникам, а там и до измены не далеко. Хотя о чём я думаю? Может она сейчас проснётся, возьмёт гитару и исчезнет? Исчезнет навсегда. Ведь о любви этой ночью речи не было. Не было никаких признаний, по крайней мере, с моей стороны. Не было и никаких обещаний. Была только голая, необузданная страсть. Страсть с которой мы оба не смогли совладать. Или всё-таки я себя обманываю и между нами было нечто большее чем физическая близость?


Я ещё долго сидел так на стуле размышляя о себе и о ней. Времени я не ощущал. Оно для меня остановилось. И не знаю сколько я ещё просидел бы, но тут внезапно и невыносимо громко, заверещал телефон.
-Опять, наверное, Игорь? И какого чёрта ему надо?! Ясно же было сказано вчера-приеду. Опохмелился, наверное, спозаранку со своим другом и названивает? Вот же гамадрила пьяная! Ну погоди..!-вскочив со стула ринулся я к телефону.
-Какого чёрта?!-сорвав с телефона трубку злобно прошипел я туда.-Тебе что?! Тысячу раз повторять что приеду?! Затрахал уже! Алкаш!


-Да я, вроде, по утрам не пью,-раздался на том конце насмешливый голос с лёгким кавказским акцентом.-Кто это тебя затрахал? Что за алкаш? Приеду разберусь! Ты меня знаешь!
-Извини Аслан,-понизив тон, прошептал я в трубку.-Никак не думал что это ты. Ты ведь почти никогда мне не звонишь...
-Я так и понял,-перебил меня его голос на том конце провода.-А чего это ты шёпотом7 Голос потерял что ли?
-Да нет. Гость у меня. Спит ещё. Разбудить боюсь,-сказал я.
-Ох и хитришь ты... Гость-то, наверное, женского пола? А?
-Угадал,-не стал возражать я.-От тебя разве что скроешь?


-Ладна,-добродушно произнёс он, нарочно, коверкая слова.-Дэло у мэна к тэбэ. Патаму патревожил. Встретитса би нада. Пагаварит.
-Ты откуда звонишь?-спросил я.
-Да здесь я. Совсем недалеко. Городишко Лыткарино знаешь? Не приходилось там бывать?-перестал он коверкать слова.
-Приходилось. А дело срочное?- не зная что ему сказать, спросил я морщась как от зубной боли и думая: Зачем это я ему понадобился? Просто так, без особой на то причины, он бы звонить не стал. Вот козёл! Начало такого замечательного дня, своим телефонным звонком, запорол.



-Срочнее не бывает! Так что приедешь?!- наверное почувствовав что то неладное в моём голосе спросил он.
- А как же?! Конечно приеду. Завтра в два часа буду в Лыткарино. Идёт?- как можно вежливее сказал я.
Идёт,-после небольшой паузы послышался его голос.- Подъедешь к Волкушинскому карьеру. Там около этой ямы с водой, которое эти Лыткари озером называют, мои пацаны тебя встретят. Номер своей тачки скажи?
-13-21. Пятьсотый Мерс. Цвет белый,-сказал я.
- Бэлий гаваришь?-снова начал он коверкать слова.- Нз бэлий Марюса нэ пайдот. Слышкам на глаз брасатся будэт.
-Хорошо подъеду на сером москвиче,-не стал возражать я.- Номер 57-28. Такая тачка подойдёт?
-Такая падайдот. Ню ладна! Да встрэчи!-положил он на том конце трубку.


Я ещё с минуту постоял прислушиваясь к тишине царящей в квартире затем набрал телефон Кости Кочеткова. Было совсем рано и я был уверен что Костя ещё дома. Так оно и оказалось.
-Лады,-сказал он, выслушав меня.-Часа через полтора "москвич" будет стоять около твоего подъезда. Ключи зажигания закину в почтовый ящик. Надеюсь твоя доверенность ещё не просрочена?


-Нет. Не просрочена,-сказал я и положив трубку подумал,- Ехать на встречу с Усояном одному без страховки всё-таки опасно. Хотя мои отношения с ним всегда были безоблачными, но доверять ему я не мог. Любой вор в законе -это прежде всего опасный хищник. Хищник который при малейшей опасности готов разорвать на куски любого не только из чужой стаи, но и из своей собственной. Я, конечно, не представлял для Аслана никакой опасности. Но чем чёрт не шутит!-думал я опять на цыпочках пробираясь в кухню. В это время неожиданно распахнулась дверь спальни и на пороге показалась Катя. Она была совершенно обнажённой и это меня ошарашило. Я смотрел на её, словно выточенную из слоновой кости стройную фигурку, на её упругие с острыми сосками груди и мне на какую то секунду показалось что это Вера.


-Ты чего..? В первый раз обнажённую жещину видишь?- спросонья зевнула она и откинув рукой назад спутанные волосы прошла покачивая стройными узкими бёдрами мимо меня в ванную, а я всё стоял как оглушённый. Стоял до тех пор пока не услышал тонкое журчание струек воды из душа.
-Боже мой! Что же это такое?-спросил я себя пройдя в кухню и прислушиваясь к лёгкому плеску воды доносившемуся через стену отделяющую кухню от ванной. -Что со мною происходит? Неужели я влюбился? Неужели это действительно то что постоянно присутствовало рядом со мной? Как же она похожа, особенно своим поведением, на Веру! Или может быть всё таки это просто моё воспалённое воображение?!


Мне страшно захотелось ещё раз взглянуть на её обнажённую стройную фигурку, но смелости встать со стула и войти в ванную у меня так и не нашлось. Вместо этого я вытащил из хлебницы булку хлеба, а из холодильника пачку сливочного масло и стал готовить, для нас обеих, бутерброды. После того как бутерброды были готовы я опять сел на стул и в это время в кухню вошла Катя. Одета она была в один из моих халатов, а на голове её красовалась чалма сооружённая из банного полотенца.
-Ну как? Похоже я на турецкого султана?-глядя на меня озорными глазами и путаясь в полах большого для неё халата, уселась она за стол.
-Нет,-отрицательно покачал я головой.-Ты похоже на султаншу.
Правда?! -засмеялась она.
-Знаешь,- хитро поглядел я на неё.-У знаменитого турецкого султана Сулеймана была наложница которую звали Роксоланой. Родом она была из Украины и настоящее её имя было Анастасия. Султан Сулейман был от наложницы просто без ума. Ради неё он даже был готов пожертвовать престолом. Так вот ты в точности похоже на неё.
-На наложницу?!-изогнула она дугой брови. Нет! Это не для меня! Наложницей я быть не желаю! Даже у султана!




-Кать, а тётка твоя беспокоиться не будет? Ведь тебя не было всю ночь, а ты ей даже не позвонила,-
-сказал я, намеренно избегая этой щекотливой темы про наложниц.
-Нет. Не будет,- взяв со стола один из приготовленных мною бутербродов, сказала она и немного помолчав добавила: Я частенько ночую у подруг и почти никогда не предупреждаю её. Так что она уже давно привыкла к моим внезапным исчезновениям.
-А на работу тебе во сколько?- тоже взявшись за один из бутербродов, спросил я.


-Ты что от меня избавиться хочешь?-опять изогнула она брови дугой.
-С чего это ты взяла?-недоумённо взглянул я на неё.- Я ведь просто так спросил, без всякой задней мысли.
-Ну, раз просто так.., то могу и ответить,- надкусила она бутерброд державший в руке.-Сегодня мне в ночь. Моё дежурство в больнице начинается в двадцать четыре часа. Так что этот день я могу провести с тобой. Если, конечно, ты не против?
-Нет. Не против. В Переделкино со мной прокатится не хочешь?-глядя как она расправляется с бутербродом, спросил я.
-В Переделкино?! Ой как здорово! Конечно хочу! Ты знаешь вот сколько в Москве живу, а в Переделкино ещё ни разу не бывала!-всплеснула она обрадованно руками.
-Господи! Как она всё таки похоже своим поведением на Веру. Такая же непосредственная и взбаламошенная. Как мне всё таки повезло её встретить! Бывает же такое! -не отводя от неё своих глаз думал я, чувствуя как далёкое, детское чувство чистой незапятнаной ничем любви поднялось во мне откуда то из глубины души и обожгло своим горячим дыханием моё огрубевшее, чёрствое, взрослое сердце.


-Ну тогда сразу после завтрака одеваемся и вперёд,-сказал я поднявшись со стула и подойдя к окну выглянул во двор.
Костин пепельного цвета "москвич" стоял уже во дворе дома метрах в двадцати от нашего подъезда.
-Молодец! Быстро он его пригнал,-отойдя от окна и опять сев на стул тоже принялся я за бутерброд и остатки вчерашнего кофе.
После завтрака одевшись и приведя себя в порядок мы вышли в подъезд. Спустившись вниз по лестнице я отомкнул почтовый ящик. Ключ зажигания был точно также как и машина на месте.
-Это что ли твой хвалённый английский "Лорд"?!- засмеялась Катя когда я подойдя к "москвичу" открыл дверцу.


-Зря смеёшься. Это хотя и не Ролс-Ройс, но под капотом у этой неказистой русской лошадки сердце помощнее чем у любого заграничного красавца бьётся. Не веришь?! Тогда залезай,-широко распахнул я дверцу с её стороны.- Сейчас докажу. Только ремнями безопасности пристегнись.
Сев рядом с ней и проверив как она пристегнулась ремнями я сунул ключ в замок зажигания и не торопясь запустил сразу зарокотавший мощным басом двигатель. Затем отпустив натянутый до предела ручник до половины, крутанул руль до упора влево и отжав сцепление включил скорость резко ударив по педали газа одновременно сдёрнув ногу со сцепления. В считанную секунду адская сила развернула машину прямо на месте чуть ли на триста шестьдесят градусов. Я опустил ручник и машина как ракета рассекая воздух с рычанием и свистом ринулась вперёд. Через секунды три на скорости около восьмидесяти километров я резко затормозил. Если бы мы не были пристёгнуты ремнями то непременно вылетели бы через лобовое стекло на асфальт.

-Ну как тебе наша русская лошадка?!-принюхиваясь к запаху палённой резины просочившейся в салон, повернулся я в сторону сразу побледневшей Кати.
-Да это не просто русская лошадка, а настоящий русский дьявол! Только прошу больше так не делай. Я боюсь машин. Боюсь с детства. Мои родители разбились на машине,- нервно теребя ремни которыми она была пристёгнута к сидению тихо произнесла она.
-Прости. Я не знал,- плавно тронувшись с места и осторожно выехав со двора на проспект, сказал я.
-Прощения просить вроде не из за чего? Ты ведь действительно этого не знал,-положила она свою левую руку на моё плечо.



Я ощутил мелкую дрожь её руки и в этот самый миг понял что действительно люблю её. Люблю по настоящему. Я никогда не думал что такое сильное чувство может когда нибудь опять придти ко мне. В моей жизни было многое... Были и женщины, но ни одна из этих женщин не могла вырвать из моего сердца образ Веры. Веры, которая часто посещала меня в моих снах и которую я любил больше всего на свете.


Доехав до первого светофора и остановившись на красный свет я нащупал правой рукой кулон с изображением Веры, который не снимал почти никогда и сорвав его с себя сунул в правый карман брюк. Катя не заметила этого так как всё ещё находилась в шоке из за моей дурацкой выходки. И именно с этого дня,
после того как я сорвав с себя кулон сунул его в карман, образ Веры стал постепенно исчезать из моей памяти. Я вспоминал о ней всё реже и реже, а потом наступило время когда она перестала являться ко мне и во снах. Перестала может быть потому что сорвав с себя кулон с её изображением я тем самым предал не только её, но и моё светлое детское чувство.


-А правда говорят что там в Переделкино на своей даче был застрелен Фадеев?-когда мы уже выехали за пределы Москвы, спросила меня Катя. Голос её был спокойным и ровным, но по её глазам которые она не отрывала от дороги можно было легко понять что она всё ещё боится.
-Правда. Только он застрелился сам. Застрелился в мае пятьдесят шестого, сказал я и помолчав немного добавил,- а тринадцатого, того же месяца, его похоронили на Новодевичьем кладбище. Если хочешь могу тебе эту дачу показать?
-Нет. Не надо. Лучше своди меня к даче Булата Окуджавы,-сказала она.
-Никаких проблем. Сегодня туда и сходим. А тебе что нравятся его стихи и песни?-спросил я.


-Песни нравятся, а вот как он их исполняет... не нравится. В чужом исполнении они звучат намного лучше,-на мгновение оторвав взгляд от дороги повернулась она ко мне.
-Честно говоря как он поёт мне тоже не очень нравится,-согласился я с ней,- но как поэт он всё таки большой молодец! Ты читала стихотворение посвящённое его матери Ашхен Степановне Налбандян?
-Нет. Не читала,-отрицательно качнула она головой.
-Зря,-сказал я.-Там есть замечательные строки. Продекламировать?
-Продекламируй,-кивнула она в ответ
-Тогда слушай: Настоящих людей очень мало
На планету совсем ерунда,
А на Россию одна моя мама
Только что она может одна?!
-Не плохо,- как только прозвучала последняя строка, сказала она.
-Я тоже так считаю,-улыбнулся я.


-А ты случайно сам то стихи не пишешь?- с нескрываемым любопытстаом в голосе, спросила она.
-Нет. Не пишу. Бог таланта не дал,-незаметно для неё прибавил я скорости.
Всё это время я ехал не более сорока километров в час. Нас обгоняли все кому не лень и мне это порядком поднадоело, но больше восьмидесяти километров в час я всё же разгоняться не стал. Когда человек долго сидит в машине он привыкает к скорости и не может, если у него нет соответствующего опыта, точно определить с какой скоростью он едет. Даже бывалому водителю если он, скажем, летел по трассе под сто восемьдесят, а затем резко сбросил скорость до восьмидесяти километров в час кажется что он ползёт как черепаха. Так устроен человеческий организм и Катя, конечно, тоже не была исключением. Она также как и прежде не отрывала взгляда от дороги, но то что я наполовину прибавил скорость не заметила. И только когда мы подъехали к Ново-Переделкино и я заметно убавил скорость она взглянув на спидометр всё поняла, но ничего не сказала.


В Ново-Переделкино я повернул в сторону железнодорожной платформы. Мне хотелось показать ей храм Спаса-Преображения и святой источник с маленькой часовней который находился в низине неподалёку от платформы.
стр 287


-Интересно, а откуда взялось это название?-спросила она когда мы осмотрев храм начали спускались в низину к святому источнику.
-Какое название?-не понял я.
-Переделкино. Ты не находишь что для места где живут писатели и поэты это название звучит несколько странно?-улыбнулась она с лукавой хитринкой в глазах, наверно думая что ответ на этот вопрос мне не под силу.
Да нет,-тоже хитро улыбнулся я. Ничего странного я в этом названии не нахожу. Когда то в этих местах ещё в семнадцатом веке была расположена деревня Передельцы.


Название этой деревни произошло от судоремонтной верфи на реке Сетунь. На верфи этой ремонтировались и переделывались речные суда-
-отсюда и название деревни. В разное время этой деревней владели Леонтьевы, Долгоруковы, а потом Самарины. Самариным до революции принадлежала усадьба Измайлова. В ней после революции находился детский санаторий. Приедем в Переделкино я тебя туда обязательно свожу. Ну, а писатели и поэты появились в этих местах с лёгкой руки Максима Горького. Это по его совету правительство в 1934 году выделило в Переделкино усадьбы под постройку городка писателей. За пару лет здесь были построены деревянные двухэтажные дачи. Первыми обитателями этих дач стали Лев Каменев, Илья Эренбург, Борис Пастернак, Александр Серафимович, Илья Ильф и т.д. Ну а после войны эдесь поселились такие люди как Венеамин Каверин, Николай Заболоцкий Константин Симонов, Евгений Евтушенко, Валентин Катаев, Белла Ахмадулина , Римма Козакова и даже Солженицын какое то время здесь отирался.


Сегодня, конечно, контингент резко меняется, пишущую братию теснят толстосумы от которых за версту тюремной баландой несёт, а им до одного места кем были Окуджава, Ахмадулина или Римма Казакова. Таким "Мурку" подавай, а не Беллу или Булата, и это обидно.
-Что то не похоже что тебе тюремную баланду хлебать приходилось, хотя ты тоже к толстосумам относишься. От тебя не баландой, а университетом за версту несёт. Вон какую лекцию мне закатил! Я и половину тех имён которых ты назвал не знаю,-засмеялась она.
-Да?! А ведь я бандит! Мне даже людей приходилось убивать!-сделал я свирепое лицо.
-Ой, как страшно! А меня можешь убить?-взяла она меня за руку.
-В это время с земли, справа от источника вспорхнула стайка воробьёв и пролетев над нашими головами направилась в сторону платформы.


-Счастливый "народец". Беззаботный и вольный. Поклевали, испили водицы и дальше,-сказал я, проводив их взглядом.
-Ты что завидуешь их воле?- всё ещё держа меня за руку, спросила она с улыбкой на лице.
-Есть немного. Понимаешь как то один старик, во времена Сталина служивший в ВОХре на Колыме, рассказал мне одну историю связанную с воробьями и вот сейчас, как только я увидел эту вольную, беззаботную братву, то сразу вспомнил его рассказ,-сказал я.
-Служил? На Колыме?-вопросительно взглянула она на меня.
-Именно там,-нежно сжал я её руку.
-Расскажи,-попросила она.



- Ну ладно,-ещё раз взглянув в сторону платформы куда улетели воробьи, сказал я.-Слушай. В общем однажды начальник Колымы решил как то скрасить серые будни своих вольняшек-вохровцев.
-Природа на Колыме скудна и людям хочется хоть немного того мира который находится там за горами и морями. Им бы хоть птицу какую увидеть. Писк её услышать.-думал начальник. Он был не глупым мужиком этот начальник и понимал чего людям в Магадане не хватает.
Весной, когда почернели сопки, по его приказу из дальневосточных городов привезли в бухту Нагаева несколько больших воробьиных стай. Их привезли в огромных деревянных клетках на "Джурме", пароходе совершавшим рейсы между Владивостоком и Колымой. Клетки с парохода доставили на центральную площадь города против главного управления Дальстроя. Собралась толпа, все вольняшки сбежались,




распахнули клетки, выпустили птиц на волю и дрогнули их вертухайские сердца. А по Магадану, над всеми его лагерями огороженными колючей проволокой, БУРами, карцерами, над каторжными трассами, над исполинским монументом Сталина, сотворёнными руками арестантов, по всей столице колымского края шумно понеслись, громко чирикая, воробьи, первые птицы на Колыме. Магаданцы любовались, как они прыгают, пищат, травинки прошлогодние подёргивают, запивают водой из лужицы. В общем настоящий праздник. Теперь просыпаясь каждое утро люди спрашивали: Как там наши воробьи? Жизнь стала веселее. Повеселели даже арестанты.
В один из таких дней ранним утром вели конвоем колонну девочек-арестантов-это были сталинские указницы.


Их пригнали на Колыму по указу вождя за опоздание на работу.
Тысячи девочек, голодных, ослабевших, плохо одетых, пригнали на Колыму и бросили на растерзание озверевшей хевре. За кусок хлеба они становились добычей воров и охраны. Девочек проигрывали в карты, если они сопротивлялись их убивали.
В первую же зиму их погибло больше половины. Сам начальник Дальстроя Никишов дрогнул, когда однажды в тайге увидел бредущую с работу толпу девочек. Он приказал остановить колонну. Девочки кричали: Заступитесь! Заступитесь!
Он пообещал им что скоро их отпустят. Их отпустили через несколько лет. Но отпускать уже было почти некого. Колыма проглотила их...

-Ну, а та колонна с девочками-арестантами,-ещё раз на секунду повернувшись в сторону платформы где скрылись воробьи,-продолжил я,- вскоре вышла на улицу Сталина. Тогда это была главная улица Магадана. Со стороны, если бы не сопровождавшие её вертухаи, могло показаться что идут школьницы. И вдруг колонна остановилась и раздался звонкий голос: Ой, девчонки, смотрите, воробушки на дороге!


Девочки стояли как зачарованные. Они стояли, смотрели, слушали. Молчали и конвоиры. Потом колонну погнали дальше.
Прошло несколько дней. Воробьи облетели весь Магадан, все сторожевые вышки, забрались в самые закрытые лагеря. Тем временем "Джурма" собралась в обратный рейс во Владивосток. И тогда Магадан ахнул. В день когда пароход был готов к отплытию, воробьи слетелись в бухту Нагаева. Они летели порямо на"Джурму", парами, стаями, в одиночку. Садились на трубах, на палубе, где только было можно. В тот день они навсегда покинули Колыму. Странно да?


-Ничего странного. Свободу любят все,-дрожащим голосом медленно произнесла Катя и по щеке её скатилась слеза упав мне прямо на руку.
-Ты чего?- обнял я её за плечи.-Девчонок жаль стало?
-А тебе разве не жаль?-освободившись от моих объятий, спросила она.
-У каждого своя линия судьбы,- дипломатично уклонился я от ответа.


К даче в Переделкино мы подъехали почти к обеду. Загнав "Москвич" во двор я поднялся вместе с Катей на крыльцо и тремя короткими трелями позвонил в дверь. Минуты через три дверь открылась и на пороге появился заспанный, с опухшей рожей и всколоченными волосами Игорь.
-Ты чего? До сих пор дрых?!-удивился я.
-Не дрых,-с любопытством глядя на Катю, дыхнул он на меня водочным перегаром,- а почивать изволил. Чуешь разницу?
-Ладно умник,-не приемля его шутки, нахмурился я.-Позже побалакаем. Войти то можно? Или так и будешь нас на крыльце держать?
-Ах да!-отступил он в сторону.-Проходите.
-Это Катя. Прошу любить и жаловать,-как только мы ступили вовнутрь, представил я Екатерину Игорю.
Извините что нахожусь в таком неприглядном состоянии, - пригладив свои всколоченные волосы, протянул он ей руку.
-Ничего. Я тоже по утрам выгляжу как и вы,-улыбнувшись пожала она руку Игоря
-Так то по утрам, а сейчас почти час дня,-съехидничал я.
-Сейчас пойду в душ и через полчаса буду выглядеть свежее маковой росинки,-не оборачиваясь в мою сторону,-сказал он.



-Давай, давай. Душ для тебя сейчас в самый раз. А друг то твой где? Спит после вчерашнего балдухая поди ещё?-спросил я.
- И откуда только такие слова в твой черепок приходят? Какого балдухая? Ну подумаешь выпили по сто грамм,- сглотнув слюну, болезненно поморщился он.
-Ну да,-ухмыльнулся я.- Сто грамм в тротиловом эквиваленте. Рожа то вон как опухла. Глаз почти не видать. Может опохмелить?!
-Опохмелил уже,-недовольный тем как я разговариваю с ним при мало знакомом ему человеке и тем более женщиной, недовольно буркнул он.


-Ладно.., вали в свой душ "Вурдалак"! Превращайся в маковую росинку! -засмеявшись махнул я рукой.-А мы тут, пока ты там чёрной магией занимаешься, обед по быстрому сварганим. В холодильнике хоть продукты то какие нибудь имеются?
-Зачем продукты? Мы вчера пельменей целую кучу налепили. На кухне в морозильнике лежат,-сказал он.
-Пельмени-это дело! Пельмени я обожаю!-обрадованно потёр я руки.
-Слава богу! Хоть чем то сегодня угодил,-буркнул Игорь и повернувшисьтяжело ступая направился в душевую.


-А друг то твой.., всё-таки где?!-когда он уже отворил дверь и почти переступил порог душевой,- спросил я.
-Не беспокойся. Здесь его нет,-полуобернувшись ко мне тяжело вздохнул он и переступив порог захлопнул за собой дверь.
-Н-да,-повернулся я к Кате,- похмелье дело тонкое. Не пьющему, который никогда не видел небо над вытрезвителем, этого не понять. Ты когда нибудь видела небо над вытрезвителем?
-Да ну тебя!-рассмеялась она.-Пойдём лучше пельменями займёмся.


Пельмени! Как всё таки много они значат для простого русского человека, наверно также много как полтавские галушки или вареники для украинца. В сибирских сёлах их замораживают и хранят всю зиму вместе со свиными окороками и прочими скоропортящимися продуктами в кладовках, а в городах вывешивают в небольших полотнянных мешочках или просто в обыкновенных авоськах на мороз прямо в оконную форточку. Зимой это очень удобно. Открыл форточку, выгреб из авоськи сколько надо, кинул в кипящую воду, а минут через десять садись за стол и наслаждайся горячими пельменями.


-Екатерина, а ты знаешь что пельмени от пермяков, а точнее от удмуртов пошли?-спросил я Катю уже в кухне.
-От пермя-яков?-недоверчиво протянула она.
-Ага! Только они называли их не пельменями, а пельнянями. Пель по ихнему означает ухо, а нянь-
-хлеб. Вот и получается пельнянь,-сказал я.
-Вот уж никогда не думала что пельмени удмурты выдумали! Неужели правда?!-удивилась она.
-Не веришь?-сделал я нарочно обиженное лицо.
-Вообще то не оче-ень,-опять недоверчиво протянула она.- Я всё таки думаю что пельмени это исконно русское блюдо.


-Думать не вредно,-снисходительно улыбнулся я.- Только блюдо это имеется не только у русских. У японцев к примеру тоже пельмени имеются. Яки Гедза называются. А ещё есть китайские -Цзяоцзы. Так что пельмени далеко не прерогатива одних пермяков или русских.
-Послушай "Пермяк-солёные уши"! Мы пельмени то варить будем?-засмеялась она.
-А как же?! Конечно будем! Ну-ка идите сюда "удмуртские ушки!", распахнув дверцу холодильника и доставая оттуда пригоршнями замёрзшие пельмени, сказал я.
-Ой! Как их много!-удивилась она.
-Игорю делать нечего вот он их и лепит целыми днями,-пошутил я.
-Так уж и нечего?-улыбнулась она.
- До сегодняшнего дня точно было нечего, а вот на завтра я ему кое что приготовил. Пойду перекинусь с ним парой слов, а ты пока похозяйничай тут,-захлопнув дверцу холодильника, хитро поглядел я на неё.



-Отлыниваешь?! Или считаешь что кухня это удел женщины?!- шутливо возмутилась она.
... -И то и другое,-засмеялся я, подойдя к ней и обняв её за талию поцеловал в губы.
-Ладно уж. Иди! Для поцелуев найдём другое место и время, а то ведёшь себя как мальчишка,- засмущавшись лёгонько оттолкнула она меня от себя.
-Для поцелуев любое время и место хороши,-сказал я, подумав что она права и я действительно чувствую себя как мальчишка которому едва исполнилось шестнадцать.


Дверь в ванную была не заперта. Я не спеша вошёл и закрыв за собой дверь провернул торчащий в замке ключ на один оборот. Стоявший около зеркала и скобливший бритвой свою щетину Игорь даже не обернулся.
-Ты чего это даже дверь не замкнул?-глядя ему в спину, спросил я.
-А зачем? В доме вроде все свои..,-не оборачиваясь обронил он.
-Это да. Свои,-подтвердил я, пройдя вперёд и сев на край ванны.
-Так вроде всё,- отложив бритву в сторону и откручивая пластмассовую пробку от бутылочки с туалетной водой, повернулся он ко мне.-Ну как я теперь выгляжу?
-Для алкоголика с твоим стажем вполне нормально,- глядя на его отливающий синевой чисто выбритый подбородок, ухмыльнулся я.
-Да ладно тебе... Чего хотел то?-поморщился он.
-Усоян звонил. Встретиться со мной хочет,-сказал я и встав с края ванны добавил:- Подстраховаться бы надо. Сам знаешь таким как "дед" доверять нельзя. Чёрт его знает что у него на уме.


-Когда и где встреча?-обильно смочив свои щёки туалетной водой повернулся он опять к зеркалу.
Завтра в два часа около бывшего Волкушинского карьера что в Лыткарино,-глядя на его отражение в зеркале, сказал я.
-Понятно,-похлопывая кончиками пальцев по своим щекам, повернулся он ко мне.-Место знакомое. Подстрахуем.
-Смотри только чтобы он ничего не заметил. Волчара он ещё тот! Сам понимаешь...
- Ну ты даёшь! Что я Усояна не знаю?! Не беспокойся! Всё будет по уму!-продолжая похлопывать пальцами по щекам,-сказал он.
Ну и хорошо, а теперь пошли пельмени лопать!-распахнул я дверь ванной.


Пельмени, несмотря на то что они со вчерашнего дня лежали в холодильнике, удались всё таки на славу. Мы умяли с Игорем каждый по две полных тарелки, после чего Игорь поблагодарив Катю и дипломатично извинившись за то что не сможет составить нам компанию до конца дня, упылил на своём "Мерседесе" в Москву оставив нас вдвоём.
-Ну вот,-после того как уехал Игорь, сказал я.-Теперь можно и дачу Булата Окуджавы посетить. Или не хочешь?
- Хочу. На кухне вот только приберусь,-взялась она за тарелки.
-Давай я тебе помогу,-открыл я кран раковины и подождав пока стечёт холодная вода не спеша начал споласкивать грязную посуду.


Катя в это время тщательно протёрла стол, газовую плиту и смахнув пыль с кухонного шкафа принялась складывать туда вымытые мною чашки и тарелки. Всё это у неё получалось красиво, ловко и быстро. Было видно что жизнью она не избалованна и работать умеет.
После того как кухня была приведена нами в почти идеальный порядок мы вышли во двор. Во дворе, слепя глаза, ярко светило солнце.
-Хорошо то как!-сказала Катя и раскинув руки в стороны, зажмурив глаза закружилась по двору.
-Какой она всё таки ещё ребёнок! Неужели я действительно люблю её?! Люблю по настоящему?! А может это вовсе и не любовь? Может просто увлечение? Стариковская блажь, так сказать? Нет. Не блажь. Это совсем другое: Может пока мне ещё не до конца понятное, но тем не меннее близкое и настоящее,-глядя как она стремительно кружится по двору, в очередной раз подумал я.
К даче Окуджавы мы пошли пешком. Катя наотрез отказалась ехать туда на машине. Дача находилась по улице Довженко. Дошли мы туда



примерно за час. Нам повезло, посетителей было немного. Осмотрев дачу и поговорив с Ольгой Окуджавой с которой я был знаком ещё с
1999 года, мы опять вышли на улицу. По лицу Кати было видно что дача, особенно комната с колокольчиками которые были собраны Булатом со всего мира, произвела на неё громадное впечатление. Первый колокольчик подарила Булату Белла Ахмадуллина после чего коллекционирование колокольчиков стало его неуёмной страстью.
Почему именно колокольчики? Мне наверное никогда этого не понять..,- шагая рядом с Катей и незаметно наблюдая за ней, думал я.
-Странно всё таки как то получается,-вдруг с тихой печалью в голосе обратилась она ко мне.- Вот скажи: Почему все наши знаменитости умирают где то за границей? Почему..?!

-Не все Катя!- обнял я её за плечи.- Многие умирают у себя на Родине. Потом Окуджава хоть и умер в Париже, но похоронен то здесь.
-Ты прав. Похоронен он здесь, а умер ведь всётаки за границей. Ох, не хотела бы я умереть в далёкой чужой стране! Это, наверное, очень тяжело умирать вдали от своих?!
-Тебе рано думать о смерти Екатерина! У тебя впереди ещё целая жизнь!-сказал я, подумав что обо мне такого уже сказать нельзя.
Моя жизнь была наполовину прожита. В ней было много всякого. Было много хорошего, но ещё больше плохого. Смерти я никогда не боялся. Что в конце концов такое смерть? Это просто состояние которое было до твоего рождения. До рождения не бывает плохо или хорошо.


Это уже потом, когда ты появился и своим криком заявил о праве на жизнь и о праве на борьбу за эту жизнь, ты становишься таким же как и все, и впереди тебя ждут удачи и неудачи, огорчения и радости, а в конце, также как и до твоего рождения, небытие. Небытие в котором нет ни радости, ни печали.
-О смерти думать никогда не рано,- возразила она.-Она может придти в любую минуту. Разве не так?
-Всё так,-кивнул я в ответ головой.-Только думать об этом не стоит. Пока живёшь - надо жить, и жить на полную катушку. Второй то жизни ведь не будет.
-Ладно,- искоса взглянув на меня улыбнулась она.-Значит будем жить, а главное... любить!


Любить! Какое хорошее слово,-нежно глядя ей в глаза, сказал я подумав: Какое всё таки счастье что мы нашли друг друга? Мне казалось что счастья этого я не заслужил. Хотя что значит:Заслужил или не заслужил? Счастье не даётся за заслугу. Это орден можно заслужить, а счастье просто приходит. Приходит, чаще всего тогда, когда его совсем не ждёшь.
Назад в Москву, в мою квартиру, мы возвратились под вечер. С полчаса посидели на кухне смакуя кофе, после чего я отвёз её к тётке.



На следущий день я отправился в Лыткарино. Подъезжая к Волкушинскому карьеру уже издали заметил белую с затемнёнными стёклами "Волгу". Подумал чуть сбавив скорость,-Это он.
Наших ребят видно не было, но я знал что они где то здесь, среди беззаботно загорающих на берегу и плескавшихся в воде карьера, лыткаринцев.
Подъехав к " Волге" и заглушив двигатель я поставив машину на ручник не спеша выбрался из салона. В то же самое время открылась задняя дверца "Волги" и оттуда появился, как всегда худощавый и чисто выбритый, улыбающийся Хусоян.


-Здравствуй! Здравствуй!,- вальяжно приблизившись ко мне протянул он руку, блеснув золотым перстнем на безымянном пальце.-Давненько не видались. Соскучился поди по "Деду"?
-Вот козёл!- пожимая его руку и внимательно глядя в его хитрые с прищуром глаза, подумал я.- С чего это бы я по тебе соскучался?! Век бы тебя не видеть..!


В эту минуту открылась левая передняя дверца ,,Волги" и оттуда вылез огромный детина кавказкой наружности с орлиным носом и густыми
чёрными патлами до самых плеч. Я невольно насторожился и Хусоян заметив это обернулся к детине, недовольно пробурчав,-Я тебя звал Шамиль?! Ну-ка исчезни!
Детина послушно забрался назад в "Волгу".


-Пойдём пройдёмся. Заодно и поговорим,-взяв меня под руку, сказал он.
- Ну и что ж у тебя за срочное дело такое?-после того как мы отошли от "Волги метров на двадцать, спросил я его.
-Оно не только срочное, оно ещё и очень важное для меня,-доверительно посмотрел он на меня и чуть помолчав добавил,-дело идёт о моей чести. Понимаешь?
-О чести?- переспросил я, невольно подумав: "Смешно когда такие как я и он упоминают о чести". Этой чести ни у меня, ни у него уже давно нет. Какая уж тут честь, если на его и на моей совести столько загубленных душ что иногда становится страшно.

-Да. Именно о чести,-чуть сжав мой локоть, сказал он и чуть ли не шёпотом продолжил,- Понимаешь, когда я ещё был молодым и глупым меня снял один "козёл" на зоне в то время когда я махал метлой на плацу. "Козла" этого уже давно нет, а вот фотографии и негативы так в мои руки и не попали. Куда они тогда делись мне узнать так и не удалось. А вот сейчас они выплыли. Понимаешь?
Понимаю,-осторожно ответил я зная что для уважаемого вора такие фотографии-хуже смерти.- За такой проступок сходняк может запросто снять "воровскую корону" и хорошо если только одну корону, а то ведь могут снять заодно и голову. Негативы и фотографии несомненно находятся в руках такого же авторитетного человека как и сам Хусоян,-думал я, рассеяно глядя на плескавшихся в воде, недалеко от нас, компанию молодых ребят и девчат.- Иначе бы он справился с этой проблемой сам и не стал обращаться ко мне.


-Ну так как? Поможешь?- испытующе поглядел он на меня.
-У кого фотографии?-вместо ответа, спросил я.
-У "Могильщика",-тихо, как будто кто то мог нас услышать, произнёс он.
Хорошо, -немного подумав, сказал я.-Я попытаюсь с ним договориться. Но обещать ничего не могу...

Продолжение следует



Эта реклама видна только НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ пользователям. Зарегистрироваться!

Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 11
© 21.11.2016 ЭЛ

Рубрика произведения: Проза -> Остросюжетная литература
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0




<< < 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 > >>












© 2007-2016 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора
«Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов.
В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.


Сообщества