Литературно-художественный портал
chitalnya
       
Забыли пароль?

Лапка. Повесть из сборника "Собаки и волки" Часть - 1

[Владимир Кабаков]   Версия для печати    



Лапка

Было это очень давно.
Андрей тогда жил в Сибири и увлечён был охотой – бродил всё свободное время по дремучим лесам, если удавалось, то охотился по мелочи, но в основном открывал для себя новые места, наблюдал жизнь незатронутой человеком природы.
Иногда, сидя ночью один, у большого костра, где-нибудь в дальней тайге, он, вдруг ощущал прилив большого чувства, оттого что жив – здоров, что молод, что над головою звездное небо и он свободен, а рядом – только четвероногий друг – собака.
На беду, потерял он тогда годовалого красавца – лайку Кучума, привезённого им из Жигаловского района.
Собака, выращенная им с месячного возраста переехала, вместе с Андреем, на новое место жительства в собственный дом, и там, сорвавшись с цепи, убежала, но назад дороги не нашла, а, скорее всего, была поймана другими людьми и осталась у них. Вид у Кучума был действительно привлекательный, совсем как на картинке…
Андрей, попробовал воспитывать нового питомца, щенка купленного по объявлению у незнакомого человека, из первого помёта молодой лайки – Кузю, но та оказалась «выродком» – из нормального туловища росли коротенькие лапки. Собачка была весёлой преданной, но совсем не охотничьей.
Однако Андрей по-прежнему хотел иметь лайку и поэтому, однажды, он поехал на птичий рынок – ему говорили, что там в иные дни привозят на продажу и охотничьих собак, и породистых щенков …
… Птичий рынок размещался на большом поле, позади каких – то гаражей и народу бывало там порядочно: те кто продавал стояли рядами и посередине ходили и смотрели «товар», покупатели.
Продавали птиц в клетках и клетушках, аквариумных рыбок с большими и малыми аквариумами, птичий корм, кошек и котят. Кое - где, на расстеленных тряпках или ковриках лежали собаки, а рядом, в лукошках или плоских тазиках ползали и копошились их щенки…
Андрей прошёл по рядам туда и обратно, но того, что ему было нужно не встретил. Он, решив, что съездил неудачно, перед уходом остановился около суки курцхаара – немецкой легавой, лежащей на коврике и нервно осматривающей прохожих карими глазами. Рядом лежали в плетёной корзине пять или шесть щенков. Некоторые из них ползали, копошились и беспокойно пищали, тараща блестящие чёрные глазки. Окрас их показался Андрею подозрительным, и он даже подумал, что щенки не от этой суки, однако присел рядом и стал рассматривать их.
Хозяин курцхаара, среднего роста, бойкий, деревенского вида парень лет двадцати пяти, вежливо спросил Андрея: - Интересуетесь?
Андрей, сидя на корточках, снизу вверх посмотрел на парня и ответил, легко поднявшись: - Интересуюсь, да. Но мне курцхаар не нужен…
Хозяин щенков смигнул, оценив по достоинству знания Андрея.
-Мне бы лайку – щенка или молодую собачку месяцев шести – восьми,
чтобы можно было самому натаскать – продолжил Андрей…
Он стал приглядываться к пареньку с надеждой и сомнением. Ему показалось вдруг, что в такой суете, шуме, толкотне и праздном любопытстве ничего толкового нельзя купить, и что всё или почти всё, что здесь продаётся – поддельное и ненастоящее.
Поэтому, когда парень уверенно ответил: - Дома у меня есть хороший щенок – лайки, двух с половиной месяцев – Андрей ему не очень то поверил. Однако поговорил, узнал, что тот живёт не в городе, а далеко по железной дороге, в сторону Слюдянки, на электричке – и это его немного приободрило.
Хозяин щенков написал корявым почерком на кусочке бумажки название железнодорожной станции, и Андрей пообещал приехать посмотреть щенка, в начале следующей недели.
Домой он вернулся раздосадованный, но бумажку с адресом положил на комод, на видное место, и не очень веря в удачу, всё – таки, на следующей неделе поехал за обещанным щенком…
Было начало лета. В городе стоял жаркий май, цвела черёмуха, и дети, изнемогая от жары, купались в большом фонтане, в центре города. Деревья здесь давно распустили листья и когда Андрей, из окна вагона электрички, увидел полупрозрачную зелень «выстрелившую» из недавних почек, то подумал, что, наверное, на берегу Байкала, в крутых, северных распадках, кое – где под ёлками ещё лежат остатки снега, а по озеру плавают большие, белоснежные льдины, несмотря на яркое солнце.
Чем ближе он подъезжал к шестьдесят седьмому километру – так назывался полустанок, тем больше он верил в удачу.«Ну не может человек, живущий так далеко от города, держать и кормить
беспородную собаку и врать о некоем охотнике, от чьих собак произошел этот щенок…»
Высадившись, на пустынную, бетонную станционную платформу полустанка, Андрей, сверяясь с нарисованным планом, пошёл по тропинке и издали увидел несколько одноэтажных бараков, чьи крыши виднелись чуть справа и внизу, в молодом, прозрачном ещё березняке.
Хозяин сидел на крыльце и увидев Андрея засуетился, пошёл ему навстречуи поздоровавшись сказал: - Вот и хорошо! Надо забирать собачку, а то я уже предложил её обходчику знакомому, из Чистых Ключей…
Андрей про себя хмыкнул – цену набивает – в дом не пошёл и спросил строго: - А где собачка - то?
Хозяин вновь засуетился, показал на будку в огороде: - Вот она, в будке… Только я её вначале покормлю, а то она голодная. Стрелка!? – позвал он и из будки проворно выскочил тощий, на тонких лапах щенок, с маленькой головой и острыми ушками, с хвостом неопределённого жёлто – черного окраса, почему – то висевшим вниз палкой.
«Щенок то не ахти – подумал Андрей, но тут хозяин вынес из дому миску, с какой – то жидкой баландой, и щенок почти без разбегу, прыгнул к нему навстречу. Верёвка, на которую была привязана собачка, натянулась и бросила её на землю, но она, как пружинка вскочила и встала на дыбки, потянувшись к миске.
-Есть хочет – деловито заключил хозяин – и вопросительно посмотрев на
Андрея, спросил: - Ну, как собачка?..
Тот, шаря в карманах брюк в поисках договоренной десятки, помолчал, а потом проговорил – Посмотрим… И уже достав деньги, добавил – Вид у неё не ахти…
Хозяин видя деньги заторопился, стал оправдываться, что кормить нечем, а в магазине покупать дорого…
Андрей его почти не слушал, подошёл, к уже проглотившей еду собачке, и она обнюхала его протянутую руку, надеясь, что её ещё покормит.
- Дома поедим – ласково проворчал Андрей, погладил щенка, а потом двумя руками взял её за морду, умело обнажил клыки, и увидел на белой эмали зубов ржавые пятнышки кариеса.
– От плохой кормежки – про себя, констатировал Андрей, уже по хозяйски отвязал верёвку от ошейника, пристегнул свой кожаный поводок.
Хозяин суетился вокруг, мял в руках десятку и старался всячески угодить. – Ошейник можете взять – затараторил он. - А в собачке можете не сомневаться, знатная будет добытчица, потому что от хороших родителей. Вы меня ещё вспоминать будете – привычно проговаривал он, провожая Андрея и собачку до железнодорожного полотна. Заметно было, что деньгам он очень обрадовался…
Уже в городе, выйдя из электрички, Андрей, дождавшись троллейбуса, попытался втащить туда Лапку (у щенка на правой лапке было белое пятно), но та упиралась, выкручивая тощую шейку из ошейника… Андрей взял её лёгкое тельце на руки, и так и ехал, стоя с собакой на руках…
Рядом покачивался подвыпивший, замедленно – спокойный интеллигентного вида мужчина. Он пригляделся к Лапке, потянувшись, погладил её по головке - щенок беспокойно вертелся у Андрея на руках, испытывая ужас от движения этого металлического ящика на колёсах…
– Хорошая собачка – безапелляционно заявил пьяненький, и чуть помедлив, добавил – Лайка!..
Андрей удивился и подумал: «Откуда он знает? Наверное, геолог или охотовед… Я сам сомневаюсь – а он знает!..
Дома жена встретила Лапку прохладно, но дети обрадовались…
Кузя, на правах хозяйки, попыталась «качать права», но Лапка сразу поколотила её, и дала понять, что с этих пор, «парадом в доме» будет командовать она.
Андрей, наблюдая за ней, видя её уверенную агрессивность, с надеждой думал: «А ведь, похоже, что собачка-то действительно хорошая!»
Тогда Андрей жил в Нахаловке, в маленькой избушке само построенного посёлка – без прописки, без документов на дом…
Но жили до поры, до времени хорошо. Тогда ещё, его первая жена, Люба, справлялась со своим характером, хотя и ревновала его даже к его прошлому.
Переезд на новое место, на время притушил страсти в её душе.
Пока Андрей мастерил забор вокруг домика и участка земли, ставил новый туалет во дворе, занимался расчисткой огорода, Люба копала жёсткую землицу во дворе и высадила зелёную травку, семена которой купила на рынке.
Жилось ей тогда действительно нелегко – Андрей отсутствовал дома большую часть времени – пять дней в неделю работал с семи утра до семи вечера, а в субботу и воскресенье, проводил в пригородной тайге.
Она топила печи ежедневно, носила воду на коромысле из водоколонки метров за триста от дома, мыла детей, стирала пелёнки, готовила еду и при этом успевала ещё вязать и читала при этом умные книжки. Она постепенно привыкала жить одна. Как – то, она прочитала Андрею начало стихотворения Георгия Иванова:
«А люди? Ну, зачем мне люди
Идет мужик, ведёт быка.
Сидит торговка, плечи, груди,
Платочек, круглые бока…

Природа? Вот она природа –
То дождь и холод, то жара.
Тоска в любое время года, как дребезжанье комара.

Конечно, есть и развлеченья:
Страх бедности, любви мученья,
Искусства сладкий леденец,
Самоубийство, наконец…

И так далее...
Андрей смеялся, просил дать почитать ещё стихи этого русского поэта – эмигранта, жившего после выезда из Советской России в Париже.
Андрею так понравились его жёсткие стихи, что он брал тоненькую книжечку с собой в лес и читал вслух, сидя не крылечке зимовья.

«Я научился понемногу, шагать со всеми – рядом, в ногу,
По пустякам не волноваться и правилам повиноваться.
Встают – встаю. Садятся – сяду
Стозначный помню номер свой,
Лояльно благодарен Аду
За звёздный кров над головой…

«Ведь это совсем про меня, про мой характер» – смеялся он, размышляя над содержанием и смыслом стихов и вспоминая свои злоключения во время службы в армии. Тогда, к концу службы, он совсем «выпрягся» и нарывался на срок в дисцбате. Настолько ему осточертела несвобода и режим подчинения!
Тогда, слава богу все обошлось, но приехав домой он зажил как буддистский аскет, ликуя и радуясь осознанной свободе, которую особо научился ценить в Армии. Но об этом – особый разговор…
Только позже он узнал, что поэт был долго и неизлечимо болен и ожидал каждый божий день наступления смерти.
Однако Андрей никогда не спрашивал себя, почему у него, такой же характер?
… Лапка сразу стала равноправным членом семьи. Она терпеливо переносила «нежности» детей, и всегда была игрива и весела, виляла хвостиком и «улыбалась», выбегая навстречу новому хозяину, то есть прижимала ушки к голове и обнажала зубки…
Андрея, она полюбила как «отца родного».
… Начали вместе ходить по лесам. Лапка в этих походах была неутомима. Лёгкое, сильное тело, живой характер и вместе ласковость и послушание. Андрей её почти не наказывал – она всё понимала с полуслова…
Когда, увлекшись, она вдруг бросалась вслед проезжавшему автомобилю, Андрей рявкал раздражённо: - Фу! – и Лапка валилась на землю, переворачивалась на спину, подставляя беззащитный живот, и как бы говорила: «Увлеклась! Виновата! Наказывай!»
Андрей смеялся, гладил её и умная собачка, начинала прыгать и бегать вокруг хозяина в радости и веселии…
Ещё, Лапка любила и умела драться и «побивала» более крупных и взрослых собак, молниеносно кусая за лапы, за шею, за голову, сама же легко уклоняясь от встречных атак. Андрей, встречая в лесу собак, был за Лапку совершенно спокоен – в обиду себя она не давала…
… Лето незаметно кончилось. По утрам начались заморозки, и Андрей, шагая на работу, видел, как блестит на кончиках травинок, растущих на обочине, растаявший иней.
Лапка подросла, округлилась, хвост загнулся кольцом на спину.
Ей было всего шесть месяцев, когда она поймала первого своего глухаря… Вот как это было.
Андрей, вместе с Колесом, своим лучшим напарником по таёжным походам, в конце сентября, выбрался на два дня в лес. Погода стояла тёплая и яркая, а днём бывало даже жарко, однако вечером, у костра, после долгого захода в вершину речки Каи, начинало познабливать, а ночью, под утро, Андрей крутился с боку на бок, вставал через каждый час, чтобы подбросить в костёр дров.
Колес, взявший с собой меховую зимнюю куртку, блаженствовал и проснувшись под утро, чтобы сходить в «кустики» посмеивался и после, запахнув полы куртки потуже, уснул до утра…
Зато утром, пока Колес готовил завтрак и кипятил чай, Андрей в его куртке тоже отлично поспал часа полтора, и восход золотистого солнышка, оба встретили, посмеиваясь, за кружкой горячего, крепкого чая.
Часам к десяти погода испортилась, подул ветер, тучи затянули небеса и стадами, подгоняемые ветром, побрели на север…
Перейдя таёжный водораздел, так никого и не встретив: ни глухарей, ни тетеревов, у которых весной был ток поблизости, они не спеша шли вдоль начинающегося болота, назад, к Кае.
Лапка, бежавшая впереди, метрах в тридцати, и что – то внимательно вынюхивающая, вдруг замерла неподвижно, напряглась, глядя в одну точку, на краю болота, а потом, длинными прыжками понеслась вперёд!
В невысоких, но плотных кустиках ограничивающих начинающийся кочкарник, раздалось тяжёлое хлопанье больших крыльев и Лапка, словно всадник, оседлала крупного глухаря и проехала на нём несколько метров. Подбежавшие на шум приятели, увидели глухаря под собакой и Андрей схватил его, отгоняя Лапку.
Но, рассвирепевший глухарь, как петух, клюнул собаку в морду, и та, испуганно взвизгнула. Андрей и Колес долго смеялись, а Лапка обиженно наморщила нос и тёрла его подушкой правой лапы, насторожённо поглядывая на глухаря, вздыбившего перья на шее…
-Ай да справная собачка! – приговаривал Андрей. – Ай да добытчица! – и ласково поглаживал свою питомицу за ушами.
Колес смотрел на Лапку с восхищением: - Вот так собака. Она ведь как стрела летела к глухарю, который видимо в кустах запутался, и не смог быстро взлететь…
Он тоже, уважительно погладил собаку и по хорошему позавидовал Андрею думая: «То Саян с Кучумум, а вот теперь Лапка. Везёт же Андрею!..»
А хозяин собаки прокомментировал: – Она ему хвост вырвала пучком, вот он и не смог взлететь…
Скоро выпал первый снег, и Андрей с Лапкой стали ходить в перелески, за большие пригородные колхозные поля. Когда-то здесь вырубили лес и на вырубках поднялись смешанные леса, в преобладанием березняков. В этих березняках селились тетерева, над опушками весной и осенью «тянули» вальдшнепы, а зимой, из – за реки, спасаясь от глубоких снегов приходили косули.
Здесь, Лапка впервые вышла на след косули и пустилась её догонять, но конечно не догнала, хотя и очень старалась. Однако она видела косулю и почувствовала азарт погони за крупным зверем…
Каждый год, в начале ноября, Андрей вместе с братом Сергеем, ходили на несколько дней, далеко в тайгу, к Байкалу, где в конце большого залива, под «навесом» из высоких сосен, стояли у воды несколько избушек, в которых летом жили самодеятельные дачники, разводили огороды, рыбачили и просто дышали воздухом. Но осенью, они уезжали на лодках в город, оставляя в избушках голые стены. Замков на дверях не было, потому что по старинным таёжным законам, замок на избушке в лесу – это оскорбление права на гостеприимство. За это раньше такие избушки сжигали – а в лесу это очень просто сделать.
В эти таёжные места шли берегом водохранилища, попадая из залива в залив, через невысокие перелески. Сергей взял свою собаку Альбу, крупную лайку с маленькой, серо – белой головой, и разноцветными глазами. Она была выше Лапки почти на треть, но Лапка в этой паре была лидером -ещё осенью, в одном из походов, она дала такую трёпку Альбе, что та невольно подчинилась ей…
Шли весело и быстро. Утром мороз был под минус двадцать, и над серединой водохранилища стоял холодный серый туман – где – то там, лёд ещё не установился…
В началах заливов лёд напоминал прозрачное стекло, через которое можно было видеть песчаное дно на глубине в несколько метров. Андрей, несмотря на уговоры Сергея, решил перейти один такой заливчик по свежему ледочку, сокращая расстояние.
Отойдя от берега метров на двадцать, он провалился по пояс и ухая, отдуваясь выгребался из «провала», используя приклад ружья, как весло, а потом, брёл к берегу, ломая кромку льда перед собой, как ледокол, грудью и руками…
-Держись прямо к берегу – с беспокойством в голосе кричал Сергей взволнованно маша руками, а собаки ничего не понимая, стали вдруг радоваться, и бегали по берегу кругами, думая, что хозяева шутят.
Наконец, Андрей вышел на берег и тут же вода, стекая с него, застывала на прибрежных камнях.
Сергей стал разводить костер, торопясь и ломая спички, приговаривая. – Я сейчас тебе из рюкзака достану ичиги, и тёплое трико… Ты одевай всё это и бегай – бегай…
Андрей отбивая зубами чечётку переоделся и бегал по кругу, пока костёр наконец разгорелся…
Вдвоём, выжали начинающую похрустывать ледком одежду, развесили сушить над огнём, вскипятили чай, поели…
Часа через два тронулись в путь дальше. Андрей отогрелся, и весело улыбаясь, в который уже раз рассказывал: - Лёд-то прозрачный и с виду крепкий. Он ведь даже не трещал. Просто провалился подо мной, «молча»! У меня от холода сразу дыхание перехватило, вот я и заухал, вдыхая и выдыхая воздух…
Он шёл в ичигах Сергея, в его штанах и в свитере и всё было ему впору – у братьев был один размер одежды и обуви…
Сам Сергей, ещё в десятом классе донашивал Андреев вельветовый пиджак, которым очень гордился…
К избушкам подошли в сумерках. По дороге подстрелили пару рябчиков, и жарко растопив печку, сварили суп, поели сами, покормили собак и легли спать…
Утром проснулись рано, попили чаю, посовещались и решили разойтись в разные стороны - охотится поодиночке…
Андрей надел белый маскхалат, лёгкий рюкзак спрятал под куртку и пошёл направо, чуть в гору, пересекая вершинки пологих распадков. Где -то в одном из них, впереди, метрах в восьмидесяти, он, в прогал увидел встающую из лёжки косулю.
Она, ещё в лёжке услышала шаги Андрея, вскочила и крутила головой во все стороны, тревожно топая копытцами передних ног по мёрзлой, гулкой земле – «бум», «бум», «бум. Затем замерла на мгновение и увидев охотника, сорвавшись с места, мгновенно исчезла в чаще молодого сосняка.
Андрей, не успевший выстрелить, ворчал: «Далековато было!» - но понимал, что это всего лишь самооправдание собственной нерасторопности.
Осторожно ступая, он обошёл сосняк полукругом и по следам понял, что стадо косуль из пяти коз, вспугнутое им, унеслось прочь, прыжками по пять – шесть метров в длину.
«Прозевали – подытожил Андрей и увидел примчавшуюся к нему, запыхавшуюся Лапку, а вскоре и Альбу увязавшуюся за ней.
«Сергей где – то поблизости проходил, вот Альба и пришла к нам – подумал он и пошёл дальше, по лесной дороге петляющей в редком, с кустарниковым подростом, сосняке.
Скоро собаки залаяли наперебой, где - то впереди. Андрей заторопился и быстрым шагом вышел на край поляны, где под раскидистой, толстой сосной, сидели и подняв головы к пушистой хвойной кроне, лаяли его старательные помощницы.
«Белка, наверное» – отметил недовольно охотник.
Он несколько минут осматривал сосну: и ствол, и хвою, но ничего не увидел. Потом, подойдя к дереву вплотную и глядя вверх, вдоль ствола стучал и скрёб палкой по коре. В одном месте, как ему казалось, блестели глазки спрятавшегося колонка, но может быть, он и ошибался.
– Ну, собачки, пошли дальше. Видите, здесь ничего нет – комментировал он происшедший конфуз, недовольным голосом…
Серый свет короткого зимнего дня не давал представления о времени, но Андрей чувствовал, что уже около полудня. Собаки убежали вперёд, а он вышел на дорогу, прошел по ней несколько сотен метров и вдруг услышал из чащи ольховых кустов среди крупного березняка, громкий стон – вопль, отчётливый и пронзительный – так стонут животные, когда их душат.
- Ах, чёрт! – всколыхнулся Андрей и побежал на стон. «Собака наверное попала в браконьерскую петлю случайно и стонет, бьётся, пытаясь вырваться!»
Он побежал, перескакивая через низко растущие стволы ольшаника…
- Сейчас! Сейчас! – кричал Андрей на бегу, и вдруг, зацепившись за ветку упал, растянувшись во весь рост…
Он быстро вскочил и тут стон повторился…
- Эге – протянул охотник вслух, начиная, кажется понимать, что
происходило в чаще.
– Это что – то не собачий голос… Это наверное собачки кого – то поймали! - догадался он и перешёл на быстрый шаг. У него отлегло от сердца.
Вскоре, Андрей увидел впереди, что – то чёрное, лежащее неподвижно на снегу и рядом Лапку, которая, заметив хозяина, схватила косулю за горло и пыталась её тащить к нему навстречу. Тут же, лёжа на снегу, что – то рвала Альба. Потом, снимая шкуру, охотник увидел, что Альба, ещё до его прихода, вырвала кусок мяса из бедра косули и принялась его есть.
Косуля была первогодком, и потому, тёмный мех был особенно красив, чист и высок. Зверь был упитан, пропорционально сложен и потому, Андрею стало его немного жаль.
- А что делать? – бормотал он про себя, снимая рюкзак и доставая нож и топор. -- Таковы жестокие законы природы. Ведь все хотят жить и есть. Поэтому и живут рядом хищники и их жертвы…
Потом вспомнил поговорку: «Для чего волки?! А чтобы овцы не дремали!»
Погода была не такой холодной и Андрей, не разводя костёр, стал разделывать косулю… Быстро снял шкуру, ножом по суставам разделал тушу и сложил всё на расстеленную шкуру с внутренней её стороны.
В рюкзачок положил только сердце, печень и кусок мякоти из бедра козы – так называют косулю местные охотники. Потом, уже в сумерках, отдыхая, осмотрел окрестности и разобрался, - как всё происходило…
Косуль было три, они лежали недалеко друг от друга. Когда, неожиданно появились собаки, две вскочили и понеслись в одну сторону, а косулёнок, со сна промедлил, растерялся, вначале кинулся в противоположную сторону.
Потом, увидев перед собой собак, повернул назад, попытался проскочить за взрослыми косулями, мимо мчавшихся навстречу собак. Это его и погубило!
Лапка, увидевшая скачущую навстречу ей косулю, помчалась к ней со всех ног, и та вынуждена была чуть по дуге свернуть с пути.
Быстроногая Лапка, неслась что есть сил наперерез, и когда обезумевший от страха косулёнок попытался перескочить через куст ольхи – настигла его! Дотянувшись в прыжке, вцепилась в заднюю ногу, и словно якорь, повисла, тормозя бег, - тащилась за косулей, пока та, по инерции, влетела в куст и упала, зацепившись за ветку.
В этот момент, Лапка успела перехватиться за горло, но косуля поднялась, и таща собаку на себе пыталась бежать. Тут подоспела Альба, косулю уже вдвоём повалили и умертвили…
-Ай да собачки! Ай да добытчицы – хвалил Андрей, оглаживая Лапку и
подбежавшую, за своей порцией ласки, Альбу.
– Вот и хорошо! Сегодня, у нас с братцем будет жареная свеженина, да и вам достанется – радовался Андрей…
Собаки к тому времени наелись потрохов и обещания сытого ужина, их уже не вдохновляли…
Когда Андрей подошёл к зимовью, была уже ночь и сильно похолодало. Задул ветер с позёмкой и почти заровнял его утренние следы…
Удачливый охотник отворил дверь, вошёл и увидел Сергея сидевшего на корточках перед печкой и разводившего огонь.- Ну, как? – спросил братец не оборачиваясь, уныло заталкивая щепки в топку.
-А у тебя что-нибудь есть? - вопросом на вопрос ответил Андрей.
-Нет! – коротко ответил Сергей и поднявшись, прикрыл дверцу
печки…
– Следов было много, но не одной козы не видел.
- Ну а ты как?
Андрей снял рюкзак, расшнуровал его и достал куски мяса: – А я как видишь, с добычей!
-Да неужто?! – радостно вскрикнул Сергей.
-Он устал, замёрз и не слыша за весь день ни одного выстрела, уже потерял надежду на удачу. Поэтому, спрашивая Андрея больше обычного удивлялся.
-Значит, будем, есть жереху! Я посмотрел тут, за печкой, и нашёл большую
сковородку.
- Мы это дело мигом сварганим…
… Через час в зимовье было тепло и весело. Потрескивали в печке дрова, приятно пахло жареным мясом с луком и чесноком – на столе стояла зажженная свеча и рядом, два стеклянных стакана, отблескивающие красными отсветами, с прозрачной, хрустально холодной водочкой.
Братцы сидели друг против друга в одних рубашках, и Андрей рассказывал, как Лапка на махах вылетела наперерез косуле, как вцепилась в ногу, как повалила и перехватилась и как Альба вырвала кусок мяса из бедра косули…
Сергей слушал, кивал и по хорошему завидовал старшему брату, у которого оказалась такая хорошая собачка…



Эта реклама видна только НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ пользователям. Зарегистрироваться!

Рейтинг работы: 3
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 35
© 21.11.2016 Владимир Кабаков

Рубрика произведения: Разное -> Публицистика
Оценки: отлично 2, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 3 автора












© 2007-2016 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора
«Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов.
В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.


Сообщества