Литературно-художественный портал
chitalnya
       
Забыли пароль?

03. В нарсуде

[Вячеслав Луковкин]   Версия для печати    

До явки в нарсуд оставалось ещё часа полтора, и Николай решил заскочить в редакцию журнала, чтобы узнать о судьбе своего рассказа. В редакции Николаю сказали, что рассказ его можно будет напечатать, если Николай немного поправит его. Редактор предложил Николаю убрать из рассказа то, что дело происходит в Москве, что герой пьёт и развратничает, торгует лимитной жилплощадью и что он же член партии, Л все остальное, мол, сойдёт.

- Правда, я тут убрал ещё рассуждения от автора, - сказал редактор. - О том, почему герой стал таким человеком. Этого не надо, - сказал он, а после пояснил. – Покажи так, чтоб читатель сам допёр, и это будет хорошо.

Николай, подумав о том, что из его полнокровного и вольно без фильтров дышащего героя редактор предлагает ему сделать эдакого пятидесятилетнего наивняка-дистрофика на манер того Васи, что в фильме "Джентльмены удачи”, который вначале разбавлял бензин ослиной мочой, а после все осознал и перевоспитался, - все же согласился с ним и его рассказ пошёл в набор.

В нарсуд Николай приехал во время, но его бывшей ещё не было, и слушание дела отложили до её прихода. Из пыльного и, как ему показалось, затхлого помещения нарсуда Николай вышел на улицу покурить. Была весна и под лучами солнца вокруг все таяло. Воробьи, неистово вереща, тащили из лужи хлебную корку. Николай, глядя на их возню, щурился от яркого солнца и улыбался.

- Ой, Кола! Здравствуй! - услышал Николай рядом с собой. - Извини, я опоздала, - радостно улыбаясь, проговорила его бывшая супруга.

Полная, среднего роста, с красивой причёской на голове, похоже, только что уложенной, Зинка радостно во все глаза смотрела на своего бывшего мужа. «Вот, черт, - удивился Николай, - да она словно на свиданье пришла, а не в суд!». Николай хмурым и недовольным взглядом смотрел на свою бывшую жену.

- Давно ж мы с тобой не виделись, - тихо проговорил он.

А Зинка волновалась и нервничала. Не зная с чего начать свой разговор об алиментах, она, слегка подрагивающим пальчиком вытерла бисер пота на верхней губе и, смущаясь, проговорила.

- Ну как живёшь? Как твои творческие успехи?

Все триста дней после развода она каждое утро ездила на ту улицу, где мел Николай. Ездила только для того, чтобы видеть его. Ради этого она утром, вгоняя в бешенство свою мать, вставала всегда в шесть часов утра, чтобы перед своей работой в детсадике успеть повидать своего непутёвого мужа. Она видела всегда, как Николай весь какой- то заброшенный, небритый торопливо вытрясает урны, метёт, никого и ничего не замечая вокруг, и, проезжая мимо него на троллейбусе, всегда прятала своё лицо от пассажиров, стараясь, чтоб те не видели её слез. Она глотала их, сморкаясь и потея от волнения и нежности, переполнявшей её сердце. Она и на исполнительный-то, иметь который ей присоветовала мать, подала только для того, чтобы увидеть Колечку и чтобы он её увидел и захотел бы опять любить её, жить с ней, но чтоб не подумал, что она напрашивается, а сам!

- Ты, понимаешь? - стараясь говорить беспечно и весело, заговорила, наконец, Зинка. - Я чего подала-то. Мне… Ну, как говорится, в общем-то, лучше, чтоб исполнительный лист у меня был. Вот я в суд и подала потому что. Понимаешь? За Наташеньку в сад я тогда буду платить меньше. Почти что в два раза.

- Почему? - удивился Николай и за все время, как она пришла, он первый раз внимательно посмотрел ей в глаза.

- Ну, это,.. - начала, было, Зинка и заулыбалась, торопливо прикоснулась рукой причёски. - Ой, я прям с работы, - соврала она.

Николай нервно поджал губы и отвернулся. "Странно, но, кажется она влюблена в меня как кошка", - усмехнувшись, подумал он и тут же застыдился своих мыслей. Он покраснел.

- Ты чего? - удивившись, спросила его Зинка и протянула руку, чтобы коснуться его руки. Но Николай, повернувшись к ней спиной, зашагал в сторону дверей нарсуда.

Вскоре их пригласили в зал для заседаний, и - "суд идёт! "прошу встать!". В массивных почерневших от времени креслах с высокими, выше головы, спинками сидят два молодых народных заседателя и судья Солдатова. Народные заседатели с безразличными лицами выглядят вялыми и как бы уставшими, зато судья Солдатова, несмотря на свой пенсионный возраст, бодра и неутомимо деловита как рабфаковка.

- Данному составу суда вы доверяете, - не то, утверждая, не то, спрашивая, проговорила Солдатову и, не дождавшись ответа истца и ответчика, она посмотрела на окно.

- Да, - тихо ответила Зинка и застенчиво улыбнулась.

Тем временем Солдатова проговорила, обращаясь секретарше суда.

- Верочка, открой, пожалуйста, форточку.

Секретарша встала и, стесняясь своей очень короткой юбки, но, не забывая при этом играть бёдрами, прошла к окну. Судья, увидев вызывающе голые девичьи ноги, побледнела и опустила глаза к бумагам. Она задала первый вопрос Зинаиде Петровне Зотиковой и, старалась не смотреть на то, как секретарша, твистуя точёными ляжками, прошла к своему месту и села, готовая исполнять свои обязанности.

Зинка слышала вопрос судьи, но от того, что её муж буквально впился взглядом в секретаршу, она лишилась дара речи и с болью в глазах смотрела на судью, как бы взывая к неё: "Ну, зачем он так!!" Солдатову же это молчание несколько вывело из себя и она раздражённо повторила свой вопрос.

- Зотикова, я вас спрашиваю! Чем вызвано ваше заявление в суд?!

Зинка, опустив голову, молчала. Она не знала, как ей ответить на этот вопросу и ото всех обид уже готова была заплакать.

- Ну, хорошо, - смягчившись, сказала Солдатова и снисходительно улыбнулась. - Вы, успокойтесь. Ведь мы вас не съедим, - проговорила она и посмотрела на народных заседателей, как бы приглашая их поддержать её шутку. Уж больно забитой и не современной казалась ей эта Зотикова. "И откуда только у нас берутся такие!" - подумала Солдатова и, вздохнув, стала просматривать бумаги, лежащие перед ней на столе.

А Николаю всё это очень не нравилось. Не нравилось, как держится судья, не нравилось, что народные заседатели как бы подыгрывают ей в чем-то, а бывшая жена его готова вот-вот заплакать. Однако, зная, что если он начнёт, то остановится ему будет трудно и дров он наломает столько, что потом и Мосгор не разберёт, молчал. Видя и слыша судью, Николай нервно двигал своим огромным носом и крепился. Но, вдруг, он выкрикнул.

- А почему вы с ней так разговариваете?!

Но судья даже головы не повернула в его сторону. Зинка тут же заплакала, уткнувшись в платочек.

- Товарищ судья! Почему вы с ней так обращаетесь?! - уже не слушающимися губами повторил свой вопрос Николай.

- Не забывайтесь, гражданин Зотиков, - сказала Солдатова и пристально посмотрела на парня. - Вы здесь не на собрании.

Николай, внутренне негодуя на данное обстоятельство, смолчал. А Солдатова тем временем спросила Зотикову

- Заявление вы сами писали?

- Да, - всхлипнув, отвечала Зинка.

Судья взяла в руку зеленоватый, линованный лист бумаги, исписанный от руки, и прочла.

- Прошу взыскать с Зотикова Н. П. алименты, - она сделала многозначительную паузу и закончила, - которые он мне платит добровольно! А чего ж, позвольте, спросить у вас, нам с него взыскивать, если он вам платит добровольно?
Судья опять посмотрела на народных заседателей и улыбнулась. Народные заседатели тоже улыбнулись, но нехотя как-то и в стол.

- Да, не взыскать! - наконец-то поняв, отчего это судья так не ласкова с ней, воскликнула Зинка, - Не взыска! а как её... Ну, как это? - волновалась она.

- Ну, вот, - грустно улыбнувшись, проговорила Солдатова. - Уже и "не взыскать"! - И вот это у них всегда так, - говорила она, обращаясь к народным заседателям. - Сначала собираются "взыскивать", а чуть только прижмёшь, так они и в кусты!

- Да, нет! - краснея от стыда и обиды, говорила Зинка - Просто, чтоб он платил мне по исполнительному! - торопливо объясняла она с высохшими глазами.

- Да, какая вам разница-то! - недовольным голосом проговорила Солдатова.

- Ну, чтоб в саду за дочь платить меньше, - тихо проговорила Зинка и замолчала.

И В голове у судьи словно прояснилось. Она попросила Зотикову сесть на место и, обращаясь к её бывшему мужу, сказала.

- Гражданин Зотиков! Ваше имя, отчество, фамилия, год рождения, где работаете, состоите ли в данный период времени в браке, платите ли ещё кому алименты? - машинально говорила Солдатова и, чтобы дать рукам занятие, копалась в паспорте опрашиваемого. После, оставив документ в покое, она сняла пылинку с рукава своего платья и сказала. - Что вы можете сказать суду?

И Николай, поднявшись, начал.

- Хотелось бы сказать многое, - произнёс он придушенным голосом, - но зная, что я не на собрании, а в суде, буду отвечать на вопросы заданные конкретно!

И смолк, облизав сухие губы. Солдатова удивлённо вскинула брови и сказала.

- Так это и есть наш к вам вопрос! Что у вас есть сказать суду?

Николай помедлил и, как бы боясь чего-то, проговорил жёсткими как лёд губами.

- Зачем вы с ней так разговаривали?

- Послушайте, - сказала Солдатова, - Давайте так. Я задаю вопросы, а вы отвечаете.

- Я понимаю, но, вы извините меня, вы нехорошо говорили с ней. Разве можно так? - говорил Николай и трясущейся рукой гладил деревянную отгородь. - Чем она провинилась перед вами?

- А что это вы за неё заступаетесь-то? - вдруг, загоревшись интересом, спросила Солдатова.

- Как это что заступаюсь? По-вашему, если она мне не жена, да на алименты на меня подаёт, так с ней можно и разговаривать в оскорбительном тоне?

Солдатова слегка растерялась, но тут же нашлась.

- Ах, какие нежности! – проговорила она, и чуть было ни всплеснула руками. - Да и что это вы мне мораль-то читаете?! Тоже мне - святой! Тут таких за день-то столько проходит, тоже все я, да я, а ковырнёшь поглубже...

С Николая как ветром сдуло боязнь и осторожность и его понесло.

- Да как вы можете говорить такие пошлости?! - закричал он. - Вы же не на кухне!..

- Что?! - протянула Солдатова, сузив свои глаза и напрягши уже морщинистые губы до ниточки. – Да вы!.. Да вы что?! Вы в своём уме?! Ведь это оскорбление суда!!

- Я понимаю, - струхнул Николай. - Вы извините!

- Извините!.. Хорош отец! Сразу видно!.. А вот перенесём суд на следующий день, - и, обращаясь к секретарше, судья с удовольствием распорядилась. - Запротоколируйте грубое поведение ответчика и срыв слушания дела. Выпишите повестку, а ему не давайте, - судья посмотрела на парня, - пошлём ему на работу с вызовом представителя. Пусть там узнают, что он за человек. Ведь он по лимиту в Москве-то?! Так в двадцать четыре часа отправим отсюда! Экспрессом!..

- Да, почему?! - вскричал Николай. - Кто первый начал - и, уже не сдерживая себя, он выдал. - Сами ведёте себя как кухонная баба, а туда же судья! - он чуть было не ляпнул тут "а судьи кто?”, но мысль, что за это могут и сутки впаять, если не больше, удержала его от этого. Его трясло. - Оскорбление суда! - пробормотал он и, вдруг, вспомнив тот, заданный ему вначале суда вопрос, выпалил.

- А я не доверяю данному составу суда!

Правда, это было глупо. Дело того не стоило. Но потребность вздохнуть полной грудью заставило его выплюнуть кляпом стоявшее в нём негодование.

- Да, да! - кричал он. - Не доверяю! Не вам, не этим вашим калекам! - сказал он, в запале не правильно произнеся слово коллегам.- Вам ли следить за порядком и судить людей, когда вы потеряли веру в них, веру в их добрые начала! - сказал он напоследок и сел.

В зале воцарилась тишина. Народные заседатели, наконец-то, перестали рассматривать свои ногти и воззрились на парня, оскорбившего в них и гражданские, и человеческие чувства. Потом они посмотрели на Солдатову. Что ж это, мол, она позволяет этому наглецу забываться-то?! Но Солдатова жалко как-то улыбалась посиневшими, вдруг, губами и перекладывала зачем-то с места на место бумаги на столе.

И тут тишину нарушил взволнованный голос секрктарши.

- И правильно! - воскликнула девушка и порывисто встала, сверкнув своими длинными красивыми ногами как флагом.

- Сомова!! Сядьте!! - побагровев от гнева, выкрикнула Солдатова.

- А чего это? Не сяду!

Но так как секретарша не знала, что ей делать дальше со своим возмущениям, то она села, но уже не лицом, а спиною к суду.

-Сомова! Встаньте! - сказала Солдатова и, опираясь на свои трясущиеся руки, она приподнялась в кресле. Сейчас, вдруг, стало видно, что это была старая и, наверное, очень одинокая женщина.

Зинке стало неловко, стыдно оттого, что весь этот скандал получился из-за неграмотно составленного ею заявления, и она готова была провалиться сквозь землю. Секретарша, с глазами полными слез, вскинулась и вихрем выбежала в дверь.

"Соплячка!" - мысленно выругалась Солдатова, а сердце её неприятно-знакомо кольнуло. Она, нервно глотнула слюну и, взяв себя в руки, села в кресло и тихо сказала.

- Ладно. Пошумели и хватит. Идите, распишитесь здесь,- сказала она Николаю.

Но Николай встал и молча направился к выходу. Зинка, торопясь, вышла следом за ним в коридор.

- Пережиток культа личности! - уже на улице выругался Николай. - И хватка как у бульдога. Только вот сил уже нету, - тихо добавил он.

- Коль! - осторожно позвала его Зинка. - Знаешь. Ладно. Наплевать на этот исполнительный.

Николай взглянул на Зинку. Та тут же поправила рукой причёску на голове и виновато улыбнулась ему заплаканным лицом.

- Ты подожди меня! - сказал Николай. - Я только поднимусь наверх. Должна же быть на неё какая-нибудь управа!

-Ага! - с готовностью отвечала ему Зинка. – А я тебя подожду! Господи! Как же он похудел! - с нежностью подумала она о своём бывшем, глядя ему в след. - Шея тонкая, заросшая. А пальто все то же, в котором приехал в Москву.

И она подумала, что может Николай согласиться поехать сейчас к ним на часок, поговорить, повидать свою дочьку?

Николая, долго не было. Когда он вышел из дверей нарсуда и, подойдя к Зинке, сказал "ладно, пошли!" и зашагал в сторону автобусной остановки, она, идя с ним рядом, спросила.

- Ну, что там?

- Да, что там?! Разберёмся, говорят! Заходите завтра! – и, обойдя валявшуюся посреди тротуара урну, продолжил с раздражением в голосе. - Она у них, видите ли, до пенсии дорабатывает и её нечеловечно увольнять! Не гуманно, видите ли! А то, что она до этой пенсии ещё не в одну душу наплюёт, это ничего! И скольким она ещё покажет дорожку к таким методам ведения дел! Это у них называется мелочи и "не будьте вы слишком щепетильны»! - говорил он, но, вспомнив, что все эти разговоры вызывают всегда у его бывшей подавленное состояние психики, он умолк.

Около автобусной остановки Николай протянул своей бывшей руку и мрачно произнёс.

- Ну, до свидания. Мне, - он хотел было сказать "мне в редакцию надо ещё зайти", но сейчас почувствовал почему- то больше бахвальства в этом, чем дела, умолк, не выпуская Зинкиной руки из своей.

- Коля! - прильнув к его лицу умоляющими глазами, тихо сказала Зинка.

У Николая сразу же заломило в затылке и дико забилось сердце. Он поспешно выдернул свою руку из жадно-потно вцепившейся в неё руки Зинки.

- Зина! Не надо! Все! Не надо! Я прошу тебя! – жарким шёпотом заговорил Николай и умоляюще коснулся плеча Зинки.

Зинка, не смея коснуться его, все же прильнула к руке Николая щекой и, закрыв глаза, заплакала.

- Зина! Зина! - теряя самообладание, заговорил Николай и чувствовал, как жалость удавом захлёстывала его сердце.

Сейчас он вспомнил, как он вначале, подумал, что Зинка хочет сорвать с него за весь уплаченный им год сумму ещё раз, и ему стало стыдно. Подошёл автобус, и Николай, торопясь, стал в него забираться. Автобус был переполнен и от остановки отошёл, кряхтя и тяжко вздыхая. Николай не удержался и зачем-то обернулся назад. Он увидел, как его бывшая, утирая глаза, жадно смотрит ему вслед. Сердце у Николая, заныло, будто это он, а не автобус волокёт на себе всех этих жаждущих куда-то ехать людей.

В редакции он повёл себя довольно-таки странно. Когда редактор показал ему гранки рассказа, на печатанье которого он дал согласие, то он долго просматривал текст, как бы выискивая в нём что-то нужное и важное для него и, похоже, не найдя искомого, медленно разорвал гранки и бросил всё это в корзину. Редактор с округлившимися глазами разглядывал Николая и, похоже, ждал объяснений.

- Извините! - сказал Николай редактору. - Это не я писал! Мне было бы стыдно получать деньги за такие рассказы! Извините! - и, не оборачиваясь, вышел из кабинета.



Эта реклама видна только НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ пользователям. Зарегистрироваться!

Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 27
© 09.10.2016 Вячеслав Луковкин

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ
Оценки: отлично 1, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 1 автор












© 2007-2016 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора
«Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов.
В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.


Сообщества