13 июля в Киеве трагически погиб поэт Юрий Каплан. Ему было 72 года. Его убили в собственной квартире.
Дочь, живущая в Германии, каждое утро с ним созванивалась. Но в этот день она не могла дозвониться, начала беспокоиться, и попросила знакомых и соседей заглянуть к отцу. Дверь была не заперта. Соседка обнаружила Юрия Григорьевича, лежащего на кухне в луже крови. Вызвала скорую. Но Юрий Каплан был мертв.
Милиция по свежим следам и показаниям друзей покойного быстро вычислила убийц. Это была некая семейная пара из Бердичева. Они торговали на рынке, и Юрий Григорьевич несколько лет покупал у них овощи. Всегда общительный и доброжелательный Каплан помог им снять квартиру в Киеве. Потом, поскольку жил один, попросил женщину иногда убирать у него, а ее муж пару раз чинил ему сантехнику и ладил полки на кухне.
Однако относительная зажиточность Юрия Григорьевича не давала покоя этой паре. Что конкретно произошло в тот трагический вечер, установит следствие. Но кровью поэта была залита вся кухня. Видимо, его долго били, затем душили, выпытывая, где он держит деньги и ценности. Затем, убив, вынесли вещи – дубленку, кожаные куртки, домашнюю технику…
Когда милиция явилась домой к этой парочке, те поначалу выдвинули версию, дескать, женщина была любовницей старика, а муж, прознав об этом, из ревности его убил. Поскольку за преступление на почве ревности, как они рассчитывали, срок будет меньше. Но вещи Юрия Григорьевича, которые опознала дочь покойного, деньги под матрасом, упакованные в бумаги с характерным почерком поэта, не оставляли никаких сомнений, что это было ограбление, причем задуманное давно и хладнокровно осуществленное. Они никак не рассчитывали, что так быстро их вычислят, и не успели перепрятать ворованное.
Юрий Григорьевич Каплан был из поэтов – «шестидесятников». Еще в юности, будучи литстудийцем, опубликовал в начале 60-х стихи, получившие великолепные отзывы тогдашних литературных мэтров. Был подготовлен к печати его сборник, в который юный поэт включил страстную и резкую поэму «Бабий Яр», написанную еще до известного стихотворения Евтушенко. Редактора в издательстве настаивали на том, чтобы он изъял эту поэму из книги, но Юрий Григорьевич наотрез отказался. В результате издание книги было задержано на семь лет, а потом из-за этой поэмы поэт попал под пресс КГБ, и на 20 лет двери в любые газеты и журналы были для него закрыты. Работал строителем и писал в стол.
В начале 90-х годов, когда появилась возможность печататься, Каплан издал наконец свой сборник «Общая тетрадь». Вскоре последовали другие книги - "Обжигающий ветер", "Беглый звук", "Неровный стык тысячелетий", "Апрельский снегопад", "Поля тяготения", "Вирус любви", несколько книжек для детей.
Но загнанная до поры до времени в подполье общественная активность Юрия Каплана вырвалась на волю и дала необыкновенные плоды. Этот немного грузный, с сонным взглядом человек обладал несгибаемым нравственным стержнем и темпераментом борца. Вначале он за свой счет издал антологию поэзии «Бабий Яр», выдержавшую несколько изданий. Затем аналогичную антологию стихов о Чернобыльской катастрофе – «Пропуск в зону», и еще одну, двуязычную – «На хресті голодомору”.
На протяжении всей жизни он собирал рукописи поэтов, живших на территории Украины, и сведения об их жизни. Этот колоссальный архив дал ему возможность задумать, подготовить к печати и выпустить несколько поэтических антологий академического уровня: „Русская поэзия Украины”, „Киевские русские поэты”, „Библейские мотивы в русской лирике ХХ века”. Каждый из этих томов, энциклопедического формата, представляет читателям многие сотни поэтов - известных, малоизвестных и забытых, и тех, чьи прекрасные произведения остались только в рукописях. Все публикации стихов сопровождаются краткими сведениями об их авторе. Таким образом Юрий Каплан ответил на уничижительные реплики украинских националистов, утверждавших, что в Украине нет и не может быть русской литературы, и поэзии в частности. Эта грандиозная работа могла нагрузить на многие годы полновесный институт, но была выполнена одним человеком. Мало того, Каплан в наше время, столь неблагоприятное для любых поэтических публикаций, находил средства для издания своих антологий, провел их презентации в Киеве и Москве, Германии и США, находил каналы для их распространения.
Он не жаловался, что, дескть, поэзия нынче не нужна, что ее не покупают. Он находил такие подходы к читателям, что огромные тома его антологий на полках не залеживались. К примеру, антология „Русская поэзия Украины” выдержала уже три издания. В последнее вошли стихи 759 русских поэтов, постоянно живших в Украине или писавших здесь, таких, как Анна Ахматова, Борис Пастернак, Максимилиан Волошин, Александр Вертинский...
Памятуя, сколько дала ему в юные годы литературная студия, Юрий Григорьевич основал свою студию „Третьи ворота” и вел ее почти два десятка лет. Проводил фестивали русской поэзии, на которые съезжались авторы со всей Украины, Москвы и Петербурга. К каждому такому фестивалю издавал альманах „Юрьев день” – и все это за свои средства!
Но и этого Каплану было мало. Вступив в резкую конфронтацию с Спілкой письменників України, известной своей враждебной позицией к русской литературе, он создал иную, альтернативную организацию – Конгресс литераторов Украины. По всем правилам зарегистрировал его, как полноценный творческий союз, организовал ячейки во всех областях Украины, так что теперь поэту, пишущему на русском языке, здесь есть куда податься и где найти единомышленников. Последняя его идея – провести совместно с союзом писателей России первый международный фестиваль поэзии „Славянское единство” – так и осталась незавершенной. Фестиваль был намечен на конец августа...
Без всякого преувеличения можно сказать, что для русской поэзии в Украине ни один человек, ни одна организация не сделали в ХХ веке и в начале ХХI века и доли того, что успел сделать Юрий Григорьевич Каплан. Поэт, объединивший в своем творчестве три культуры – русскую, еврейскую и украинскую, он не уставал повторять свой лозунг: „Все, что рождено под этим небом, принадлежит этой земле!”
Теперь он ушел в вечность. Да будет ему пухом украинская земля...
Я около 20 лет был знаком с Юрием Капланом. Много раз мы чаёвничали, и не только.
Он включил мои стихи в некоторые из антологий.
Приглашал меня ездить с ним по Украине с выступлениями во время презентаций этих антологий.
Написал предисловие к моему сборнику "Музыка слова".
Вот часть интервью, которое я взял у него где-то в 2006 году:
Анатолий
Анатолий Лемыш
17.07.2009 22:48:00
(Ответ пользователю: Анатолий Лемыш)
Из стихотворений Юрия Каплана
Урий . Бессонная ночь.
...Давид прогуливался по кровле царского дома и увидел с кровли купающуюся женщину. А женщина была очень красива... И сказали ему — это Вирсавия, жена Урия ... И он спал с нею... II послал сказать: пришлите ко мне Урия ... И расспросил его Давид о ходе войны... И вышел Урий из дома царского, а вслед за ним понесли царское кушанье... Но Урий спал у ворот... со всеми слугами, а не пошел в свой дом... И донесли Давиду... И
сказал Урий Давиду: рабы господина моего пребывают в поле, а я пошел бы в свой дом есть, пить и спать с женою!.. Поутру Давид написал письмо и послал его с Урием ... В письме он написал так: Поставьте Урия там, где будет самое сильное сражение и отступите от него, чтобы он был поражен и умер...
Вторая книга царств.
Глава II.
Сошла почти на нет вечерняя заря,
Кровав последний блик на золоте чертога,
Я понял с первых слов лукавого царя,
Которого любил и почитал, как Бога.
Царь думал: Урий глух. Царь думал: Урий слеп.
Царь думал: Урий прост, и жизнь его прекрасна.
Я не войду в свой дом. Я не вкушу свой хлеб.
Я больше не возьму жены на ложе страстном.
Да, он герой и царь, провидец и поэт,
Строитель и мудрец. Но ты ведь помнишь. Боже,
Что в жизни для меня страшнее пытки нет,
Чем знать, что кто-нибудь ее коснулся кожи.
Пусть мне не пасть в бою.
Пусть мне не быть в раю.
Пусть буду жалкий раб, а не отважный витязь,
Но если выбирать, я дам отсечь свою,
Чем на плече ее чужую кисть увидеть.
Пусть я курчав, как негр. Пусть я упрям, как бык.
Пусть я зеленоглаз, как распоследний грешник.
Но светят только мне две серо-голубых
Звезды в сплошной ночи ее волос кромешных.
Да, слишком часто меч сверкал в моей руке,
И часто разум я терял в бою от гнева,
Но я один плыву по голубой реке —
По жилке на груди ее... любимой... левой...
Как сладко на войне мне снился этот дом —
Вот мы опять вдвоем... вот мы уже простились...
Сплю на сырой земле, обласканный царем,
Шпионы из дворца вовсю засуетились.
Нет, будь и впредь, мой царь, по-прежнему велик,
Спасибо за вино и щедрые награды,
Но лучше обойтись без вычурных интриг,
Мне станет смерть в бою действительно отрадой.
Сам выберу свой день. Сам изберу свой путь.
Сам в сече обрету себе врага по росту.
Когда в ее глаза я не могу взглянуть,
Зачем мне видеть свет и утренние звезды.
Да, и жил как Человек, и умер как Поэт. Светлая ему память!
Любого, кто действительно любил Россию, много сделал для нее, надо называть РУССКИМ, при этом совсем не важно, какая у него фамилия. И это будет глубоко правильно...
Анатолий Лемыш
17.07.2009 23:17:00
(Ответ пользователю: Иван Серый)
Анатолий прочитал в интернете о Юрии Каплане. Вот думаю интересный поэт, а потом это страшное сообщение - умер, а далее- убит. Что же творится с человеческой l душой, может
она уже становится не человеческой. Судьба спасла его от Бабьего Яра, а от чёрной души не уберегла. Светлая ему память и сочувствие всем близким и кому это имя дорого. Фадеев
